Редакция:
г. Новосибирск

Гаэтано Пеше — эволюционер идей и технологий

Гаэтано Пеше (Gaetano Pesce) — один из самых ярких и последовательных представителей арт-дизайна, основоположник «эмоционального» и «поведенческого» дизайна. Его работы, соблюдая номинальные правила утилитарного служения человеку, на самом деле отдают пространству свою особую гармонию, энергию, эмоцию, что переводит их в плоскость произведений искусства.

«Я верю, что хороший дизайн — это комментарий сегодняшней жизни. Это не просто выражение формы и стиля, а то, что происходит в каждодневной жизни. Это комментарий реального мира».

Гаэтано Пеше — культовая фигура мирового дизайна, архитектор, педагог, теоретик. Он родился в 1939 году в городе Специя (Италия). В 1959-65 гг. изучал архитектуру и промышленный дизайн в Университете Венеции. С 1962 года занимается проектированием мебели (для Cassina, B&B Italia, Bernini, Venini, Meritalia и др.). Жил в Падове, Венеции, Лондоне, Хельсинки, Париже, с 1980-го года живет в Нью-Йорке. Выступает с лекциями во многих университетах Америки и Европы. Пеше работал в Италии, Франции, Германии, Бельгии, Японии, Америке, Бразилии, что в значительной степени повлияло на интернациональность его подхода к дизайну.


Кресло U5

Первый успех и международную известность в 1969 году ему принесло пенополиуретановое кресло Up 5 для C&B Italia. Спроектированная Пеше в 1969 году серия состоит из семи изделий различных размеров, обтянутых особым материалом. Их антропоморфические формы остаются неизменными и спустя 30 лет после своего появления. Самое знаменитое из этой серии, ставшее истинным эталоном, — кресло UP 5 или Donna. Это резиновое надувное кресло, повторяющее антропоморфные формы богини плодородия — большие материнские колени. Круглый мяч, одновременно служивший пуфом и подставкой для ног, прикреплялся к креслу шнуром и отлетал при ударе на небольшое расстояние. Гаэтано говорит: «Это дизайн, в котором я выразил свой взгляд на женщину: поневоле она является пленницей самой себя. Мне так понравилась идея придать креслу форму женского тела с мячом у ног… Это традиционный образ пленника». Работая над созданием серии UP, Пеше содействовал изучению функциональных качеств полиуретана: были проведены исследования полиуретана в соответствии с особенностями производства антропоморфных форм. Изготовленные целиком из полиуретана без какой-либо жесткой конструкции, кресла UP упаковывались под давлением и поступали к потребителю в сплющенном виде, но при вскрытии упаковки начинали на глазах обретать форму и объем, подвергая людей в состояние веселой жути.


Кресло UP5 или Donna

Презентация серии Up стала одной из легендарных акций поп-арта 1960-х. Реклама Up являла собой следующую картину: на фоне седых скалистых гор расположились семейство кресел, манекенщицы-эльфы в черных трико и черных шапочках или белых трико и белых париках, и над всем этим радужным миром нависала огромная ступня, специально спроектированная Пеше. В 50-е годы функциональный дизайн находился в глубоком кризисе. Гаэтано Пеше одним из первых предложил дизайнерам быть проще и относиться к создаваемым объектам как к взрослым игрушкам. Это и превратило недавнего выпускника Венецианского университета в мировую знаменитость. Сразу же войдя в разряд классики итальянского дизайна, серия UP стала своего рода эмблемой триумфального прорыва «итальянской линии» сквозь заслоны академического «хорошего дизайна».

В 2000 году В&B Italia выкупила авторские права на серию «UP» у Гаэтано Пеше и возобновила ее производство, но уже под названием «UP 2000». Комплект мебели, как и раньше, включает семь объектов, в том числе огромную декоративную ступню. В новой серии кресло UP 5 окрашено в черный, красный, желтый, глубокий фиолетовый и серый цвета.


"Органическое здание" в Осаке

В 1972 году на нью-йоркской выставке «Италия: новый ландшафт» Пеше представил проект гипотетического подземного города, якобы возникшего в «Период великого загрязнения» после 2000 года и откопанного археологами где-то в 3000 году. Дизайн Пеше выражает его собственную точку зрения на жилую среду и основан на концепции зонированного жилого ландшафта, тревожной и зловещей архитектуры как нового средства отрицания. В причудливой стереометрии фантастического города выразились модные в то время черты экзистенциализма. Пеше становился дизайнером-экзистенциалистом, воплощавшим в предметах психологизм утопии, человеческие чувства: беспокойство, тревогу, желание смерти, страх. Идеи Пеше не иссякают до сих пор. Среди его работ «Органическое здание» в Осаке (1990), галерея Mourmans в Кнокке-Зут (1994) и оформление Дворца изящных искусств в Лилле (1996). Себя и тех, кто начинал работать вместе с ним, он называет «сумасшедшими архитекторами». Последняя инсталляция (2002) — не менее «сумасшедшая».


Послений и одни из самых сенсационных пректов Пеше - "Московская комната"

Последний и один из самых сенсационных проектов Пеше — «Московская комната». Впервые эта инсталляция была показана на Миланском мебельном салоне 2002 года в рамках спецпроекта с участием 10 крупнейших дизайнеров и архитекторов мира. Каждый из них представил комнату в отеле в одной из десяти мировых столиц. Задача у объектов была одна — максимально выразить индивидуальность и природу города. Куратор акции, американский дизайнер Адам Тиани, сказал: «Пеше — художник с буйной, избыточной фантазией. Он отлично сумел выразить яркий характер Москвы». Стоит отметить, что и сам Пеше считает Москву «городом с огромной энергией, городом будущего».

В российской столице «Московская комната» Гаэтано Пеше выставлялась в наиболее органичном для нее интерьере — в легендарной гостинице «Москва», одном из лучших воплощений сталинского ар-деко. Специально на презентацию этого проекта Гаэтано Пеше приезжал в Москву. Это было второе посещение дизайнером России. В 1958 году он приезжал в Москву, чтобы своими глазами посмотреть на коммунизм. Как и следовало ожидать, Гаэтано Пеше уехал разочарованным в социалистических идеалах пост-сталинского СССР.




« Тогда, в 1961 году, Россия была для многих особым местом, особенно для итальянцев. Знаете, у нас будто бы настоящее, а здесь будущее, революция. Я тогда был молод, мне было интересно, какое будущее. Я решил приехать и увидеть жизнь «самой свободной страны в мире», как тогда было принято говорить. Ну вот, когда я приехал, у меня в голове было одно, а когда уезжал – совсем другое. Оказалось, что коммунизм означает однообразие, унификацию. Унификацию вещей, унификацию настроений, унификацию людей. Для дизайнера это мало приятно, да и для человека, по-моему, тоже. Так что если я приезжал коммунистом, то уезжал, может быть, скорее шпионом — я знал такую правду о Советском Союзе, которую Советский Союз никому сообщать не хотел. Я думаю, что эта «идеология будущего» на самом деле была одной из самых консервативных идеологий в мире. Во всяком случае, в конце своего существования она страшно боялась чего-либо нового. Ее главной задачей было сохранить все как есть, и никуда не двигаться, любое движение она воспринимала как крах », — говорит Гаэтано.

Создатель инсталляции «Московская комната» считает, что дух российской столицы как нельзя лучше передаст орнамент из значков «серп и молот», красных на белом фоне, в качестве напольного покрытия. «Когда я был молод, насколько я помню, их никто не помещал на полу, — объясняет Пеше. — Никому не приходило в голову на них наступать и по ним ходить, а если приходило, это было небезопасно. И мне казалось, что если теперь люди смогут спокойно по ним ходить, по этим символам угнетения, то это приятно. Знаете, есть такой тип удовольствия – победить то, что тебя угнетает».


А также силиконовые лампы в форме луковиц церквей; диван, состоящий из «мужского торса» и «женской спины»; покрывало, изображающее карту Москвы, с вкраплениями фотопортретов Путина и Сталина; красные стены; «подтаявший» пол, испещренный изображениями «серп и молот»; веселенький унитаз с аксессуарами в форме женских губ. «Я создавал «Московскую комнату» с наслаждением. Это единственная комната, в которой я сам хотел бы остановиться. Она очень радостная и оптимистичная. И очень сексуальная». Инсталляция Пеше произвела настоящий фурор и почти единодушно была признана самой удачной.


«Основа дизайна — это эволюция идей, эволюция технологий, — считает Гаэтано. — Изобретение колеса – это было событие дизайна, изобретение фотографии тоже, это фантастический оптический дизайн, открытие возможностей света. Я всегда стараюсь апеллировать к основе процесса.

У меня была выставка в Бильбао, и вот что я вам скажу: Бильбао, то, как он сделан, очень традиционен. Форма новаторская, но программа... Ведь как устроен Бильбао: вестибюль, потом экспозиция, потом офисы, потом туалеты. Я скажу вам одну очень важную, на мой взгляд, вещь: при работе над проектом у каждого архитектора есть первоначальная программа, которую создает не он, а заказчик, традиция. Но архитектор-новатор — тот, кто ее меняет. Мне кажется, что музейный вестибюль вполне уже можно делать по-другому, и хотя бы часть экспозиции превратить во что-то совсем другое. Ведь современный музей, в том числе Гуггенхайм, имеет очень мало общего с тем, что сформировалось в XIX веке. В конце концов, вся эта архитектура основана на чем-то безумно традиционном, на стоечно-балочной системе. Традиционную стоечно-балочную систему лучше всего выражает классический ордер, ничего лучше здесь не придумано, и уж если ты ее оставляешь, то нечего тогда наводить декоративные новации. Но я думаю, что сегодня у нас есть возможность изменить саму систему. Уйти, скажем, от стены. Сегодняшняя стена, какой бы она ни была, это стена очень традиционная — твердая, основательная, тяжелая. Я думаю, что в будущем архитектура будет гораздо более мягкая, легкая, подвижная, твердость уже в прошлом, мягкость — будущее. Стена сможет менять расположение и размеры в течение дня, и когда вы коснетесь ее рукой, на ощупь она будет мягкой, но не как прогибаются стены из некачественных материалов, а из-за подвижности самой ее структуры. Знаете, я стал делать вазы из полиуретана, и они прекрасны. Если такая ваза, скажем, упадет с небоскреба, с ней ведь ничего не случится, она просто будет долго прыгать внизу. С небоскребами то же самое. Например, если бы нью-йоркские «Близнецы» были построены из какого-нибудь эластичного материала, трагедия не была бы столь ужасающей».


Пеше принимал участие в конкурсе на проект здания Всемирного торгового центра. Архитектор так прокомментировал свой замысел: «Два здания «близнецов» восстанавливаются, а между ними в воздухе висит огромное сердце. Знаете, есть такой слоган «Я люблю Нью-Йорк», когда пишется «Я» и «N-Y», а между ними знак сердца. Очень популярный, кажется, его даже в Москве стали копировать. Ну вот, я этим сердцем и соединяю здания. И в нем располагается мемориальная зона, все то, что необходимо для памяти, а сами здания функционируют в том же режиме, в каком они жили до 11 сентября».

«Архитектура получается очень редко. То, что нас везде окружает, это не архитектура, а просто здания. Архитектура же случается раз в сто лет. Архитектура означает – инновацию, новые материалы. Дом над водопадом Фрэнка Ллойда Райта – это архитектура. Купол Брунеллески – новаторский своей экспрессией, структурой, материалами. Но если вы повторите такой же купол сегодня, то это уже не архитектура, а обычное здание». (Гаэтано Пеше)

«Fish Design» — многоплановая, разносторонняя коллекция предметов для дома. Для самого Пеше это, по его выражению, — «новое волнующее приключение».




«Мне кажется, каждое время должно иметь свои материалы. Было время, когда архитектура реализовывалась в дереве, кирпиче или мраморе. Сегодня мы в основном пользуемся материалами, применявшимися в прошлом – металл, бетон и стекло. Я же пытаюсь использовать новые материалы. Я открыл для себя возможности резины после окончания университета. Я связался с разными химическими компаниями и лабораториями, чтобы узнать об использовании и потенциале всяких силиконов и сплавов. С тех пор я потрясен этими удивительными материалами и всегда использую их в своих проектах», — поясняет дизайнер.

Эластичные резиновые вазы и браслеты, по его замыслу, должны вносить в жизненное пространство позитивные эмоции и добрый юмор. В этой серии ярко проявилось стремление дизайнера уйти от стандарта, выразить в вещах все многообразие мира: его чувственность, его красоту и даже его дефекты. Философия «Fish Design» строится на непредсказуемости: особенность состоит в том, что в результате смешения жидкостей всегда получается новое, неповторимое изделие. Это дает возможность бесконечного варьирования. Поэтому все предметы гарантированно уникальны в своем роде.

Все дизайнерские работы Пеше отличаются особой чувственностью, присутствием некоторой доли провокации и, часто, политического подтекста. Творческий метод дизайнера характеризуется использованием богатой цветовой палитры, активным применением синтетических материалов — пенополиуретана, пластика, силикона — в сочетании с деревом, металлом и папье-маше, развитием на практике теории «poorly made» (создание дизайнерских оъектов из дешевых материалов: папье-маше, использованной бумаги и т. д). Гаэтано любит создавать серии, главная цель которых — подчеркнуть индивидуальность каждого экземпляра, «непохожесть» его на другие объекты той же серии: например, в серии Nobody s perfect предметы одинаковой формы созданы из пластика разного состава и цвета. Об этой серии дизайнер говорит: «Я старался показать, что никто, ни один дизайнер, не может создать совершенный предмет идеальной формы или окраски. Достоинство этой коллекции — в ошибках. Суть этой коллекции в том, что все вещи по-своему красивы».


« Традиционная мебель несет в себе такие ценности, как удобство, комфорт, практичность. Мои же предметы помимо перечисленного несут некий message — чувство, которое передается владельцу. Нетрадиционная мебель позволяет людям раскрыться, в ней заключен контакт, чувственность. Предметы должны улучшать нашу жизнь, добавлять ей больше тепла, больше цвета, больше ощущений. Мне кажется, чем больше этим наделен предмет, тем лучше. На мой взгляд, назначение дизайна в будущем — улучшать психологическое состояние человека, делать жизнь не только удобной, но и радост ной», — считает дизайнер.

Характерная особенность творчества мастера — поразительно малое число доведенных работ (из нежелания увеличивать «белый шум» современной культуры, по собственным словам Пеше), каждая из которых долго, неторопливо и сосредоточенно взращивается до уровня шедевра и противостоит истеричной энергетике «производства культуры» в наши дни.

Говоря о влиянии виртуальности на восприятие людьми окружающей среды, Пеше не думает, что осталась сплошная виртуальность: «Я считаю, что материальная сторона всегда существует, мы не можем жить виртуальной жизнью. Сколь виртуальным ни было бы окружение, у нас остается тело, наше тело, и оно диктует постоянную вневиртуальную тему нашего существования. Вы можете воспринимать кресло сквозь призму рекламы этого кресла, но это пока вы в него не сядете. Компьютер очень важен – он помогает людям общаться между собой, но для этого люди должны существовать. Виртуальность не может определять все, мы можем контактировать с ней, но и только».


Гаэтано Пеше находится в постоянном движении, не замечая, что уже давно оставил позади своих коллег-дизайнеров, мебельную моду и окружающий мир вообще. «Не смотря на ясность и своеобразную гладкость творческой карьеры Пеше, его безоговорочное признание во всем мире, фигура мастера окружена аурой загадочности, свойственной явлению, которое больше своего времени, а потому не может быть в полной мере понято и оценено современниками.

«Всегда есть место для новаторства и открытий, поэтому вы часто делаете что-то впервые. Сейчас я делаю стол. Обычно стол бывает прямоугольным. Но я вовсе не уверен, что он должен быть именно таким. Для меня знак вопроса очень важен. Поэтому в плане этот стол принял форму знака вопроса, а внутри и вокруг этого вопроса я расположил неправильные прямоугольные выступы – по одному на человека. Таким образом, каждое место очень индивидуально. Каждое место имеет свою форму и цвет. В наше время существует множество вопросов и не так много ответов. Во многих моих проектах присутствует знак вопроса, а вовсе не восклицания», — делится дизайнер.

Сейчас Пеше живет в Нью-Йорке. Его работы выставляются в таких музеях как Museum of Modern Art, Metropolitan Museum of Art в Нью-Йорке; Musee des Arts Decoratifs и Centre Georges Pompidou в Париже; Museo d'Arte Moderna в Турине; Keski Suomen Museum в Хельсинки; Centre Canadien d'Architecture и Musee des Arts Decoratifs в Монреале.


По материалам designstory.ru, archi.ru,
arx.novosibdom.ru и др.