Редакция:
г. Новосибирск

Рынок ЛДСП: высокая конкуренция и клиентоориентированность

Дата публикации: 31.08.2022 Количество просмотров: 180

Рынок ЛДСП очень сильно реагирует на ситуацию в мебельной отрасли. Сезонность, резкий спрос или падение продаж провоцируют определенные сложности для производителей плиты, как, впрочем, и для любого другого крупного производства. Спрогнозировать даже примерно то, что произошло в первом квартале этого года, было практически невозможно. В июле цены на плиту продолжили снижение. Средние цены на плитную продукцию в России в июле 2022 г. сократились на 13,2% относительно июня 2022 г. Это данные ежемесячного обзора «Цены на древесные плиты», подготовленного аналитической службой компании Lesprom Network. Цены на древесное сырье тоже снизились, но основная причина, думаю, в избытке готовой продукции. Мы обратились к производителям ЛДСП с просьбой поделиться, как они решают эти вопросы у себя в компании.

По информации мебельных фабрик, весенний спад продаж оказался сильнее весны 2021 года на 20-30%. Как это отразилось на вашем предприятии? Какие меры были предприняты для стабилизации ситуации?

«Не отразилось никак. Есть всегда определенная инерция между рынком мебели и рынком плиты. Любые изменения до производителей плит докатываются через 1-1,5 месяца. Так и в этот раз — заметный спад у мебельщиков начался в середине апреля, т. к. в марте они отработали ударно. До нас волна докатилась к июню и была во многом сглажена плановыми остановками плитников на ежегодные ремонты», — говорит Валерий Перхин, руководитель Управления продаж АО ЧФМК.


Андрей Мымрин

Андрей Мымрин, директор по продажам «Кроношпан»:

«2021 год был нестандартный, я бы не брал его в сравнение, так же, как и 2020. «Черный лебедь» в виде пандемии короновируса нарушил рыночные циклы — традиционные низкий и высокий сезоны на мебельном рынке.

Мы, как и все участники рынка, безусловно чувствуем спад. Наши текущие рецепты очень простые. Клиентам мы оказываем поддержку при помощи сервиса — 24 часа на отгрузку товаров из экспресс-программы, полная линейка мебельных плит в любых объемах — ЛДСП, ЛМДФ, ЛХДФ, лакированные плиты МДФ (Favorit). Также мы оптимизируем цены, активно работая с себестоимостью, каждый день. Активность и ежедневное понимание рынка, потребностей наших клиентов — этим мы заняты сейчас.

И ещё — у нас сбалансированная линейка продукции, мы поставляем не только мебельные плиты, что позволяет нам диверсифицировать выручку».

Станислав Серов, директор по развитию ЭГГЕР, также отмечает, что спад пошел ближе к концу мая:

«Именно в весенние месяцы мы не почувствовали хоть какого-то спада — клиенты отрабатывали ажиотажный спрос первых недель после начала СВО. Лишь после майских праздников поток заказов и реализованных отгрузок начал резко снижаться. В мае и июне по нашим плитным материалам мы добились 80% реализации от бюджетных показателей, что на фоне реального спада у мебельщиков в 30-35% (я верю именно в эти цифры), является хорошим результатом. Чтобы обеспечить приток заказов на наши заводы, работаем плотно с существующими клиентами, снова вернулись к обсуждению сотрудничества с фабриками, которых во время действия жёсткого режима квотирования мы были вынуждены огорчать нашими отказами из-за отсутствия доступных мощностей. Дополнительный поток заказов обеспечивают отгрузки на тендерные проекты, выигранные нашими клиентами в последнее время».


Станислав Серов

Валерий Перхин

Обычно весной поддерживал в какой-то части экспорт. Какие экспортные рынки удалось сохранить в текущих условиях? Развиваете ли новые экспортные рынки? Повлиял ли укрепившийся курс рубля на экспортные поставки?

Валерий Перхин:

«В связи с тем, что у нас была небольшая доля «дальнего» экспорта, с которым и возникли основные проблемы из-за логистики и санкций, объем экспорта ДСП-ЛДСП снизился незначительно. Продолжаем активно работать в Средней Азии и Казахстане, но освоение новых экспортных направлений пока притормозилось из-за высокого курса рубля и дорогой логистики. Курс валют также открыл возможности для турецких и иранских компаний усилить конкуренцию на наших традиционных азиатских рынках».

Станислав Серов отметил, что экспорт для ЭГГЕР — один из значимых каналов сбыта:

«Экспорт для нас был и остаётся не сезонным подспорьем, а регулярным каналом продаж. До марта текущего года мы сохраняли экспорт во многие страны Западной и Восточной Европы, на Ближний Восток, на Балканы, в Монголию. Традиционно сотрудничаем со странами бывшего СССР. Активно грузили во все регионы соседней Украины. Открытыми и сохранёнными для нас остались страны Центральной Азии, Закавказье, Монголия, Сербия. Значительно усложнилась логистика на Ближний Восток. Уже подключаем новые для нас рынки, которые хотели осваивать позже – тестируем отправления в Китай, налаживаем морские поставки в Турцию. Но в целом, наш фокус и приоритет останутся на родных для нас рынках — в первую очередь, Россия, а также Беларусь и 5 стран Центральной Азии.

В отношении курса рубля — тут всё ожидаемо. Для выгодного экспорта нужны 2 вещи. Первая — паритет в соотношении курсов национальных валют наших ближайших соседей и отечественного рубля к доллару или евро. Российская продукция в белорусских рублях, тенге или сомах становится слишком дорогой для локальных клиентов, особенно на фоне альтернативных предложений, например, из Беларуси. И вторая — это возврат курса к значениям около 75 рублей. Тогда экспортировать становится намного проще и эффективнее. Но в настоящий момент мы живем по той финансовой модели, которая выгодна государству. Поживём — увидим».

«Мы поставляем на все экспортные рынки, на которые мы поставляли ранее, — говорит Андрей Мымрин. — Некоторые из них более активны, некоторые менее, но в целом экспорт есть, так же как есть и огромный потенциал. Мы с каждым годом приобретаем новые компетенции на рынках присутствия, это помогает нам использовать подходящие инструменты и расти. Уверен, что и в этом году в экспорте мы вырастем.

Что касается курса валют, конечно, волатильность не играет на руку развитию экспорта. Это актуально не только для нашей отрасли. Но мы адаптировались к этому, понимаем, как хеджировать наши риски, и как поддержать наших клиентов».

Белорусские производители плиты, потерявшие частично рынки сбыта, выходят на потребителей России и стран СНГ. Насколько серьезную конкуренцию они могут составить и по каким критериям — цене, качеству, условиям?

«Мы воспринимаем белорусских производителей как очень серьезных конкурентов, — делится Валерий Перхин, — т. к. с одной стороны, «Ивацевичдрев» и «Речицадрев» являются одними из самых современных производств на постсоветском пространстве с точки зрения оборудования, а с другой стороны, они как госкомпании получают существенную поддержку от государства. Тем не менее, за своих покупателей мы будем бороться до конца».

«Любая конкуренция серьезна, — считает Андрей Мымрин. — Самая большая ошибка — это недооценивать конкурентов. Эта мысль сформулирована уже много лет назад.

Но мы не боимся конкуренции ни в качестве, ни в цене. Мы абсолютно уверены в своих технологиях, эффективности нашего оборудования и эффективности ценообразования».

Станислав Серов:

«По цене — самую серьёзную (смотри выше). По качеству — тут всё относительно. Как и в любой сфере, есть продукты и предложения высокого качества, есть посредственного. Есть уверенная специализация в определённых областях, и есть её отсутствие в других. Особых условий российским потребителям или потребителям в странах СНГ белорусы не смогут предложить, сейчас основной разыгрываемый ими козырь – цена».

Министерство промышленности Республики Казахстан объявило недавно о строительстве 2 заводов по производству ЛДСП. Один из них — совместный проект DIEFFENBACHER GMBH Maschinen-and Anlagenbau (Германия) и Mega SMART (Казахстан), строительство которого запущено в прошлом году. Как вы считаете, удастся ли производствам ЛДСП в РК сделать всех казахстанских производителей своими клиентами? Какую долю от продаж могут потерять российские плитники?

«По моим проверенным данным от самих участников названных проектов оба завода являются пока только чертежами и перспективными планами, — делится Станислав Серов. — Конечно, будь хоть один из них реализован как ЛДСП (горизонт самого раннего старта — 2025 г.), такой завод мог бы занять около ¼ локального рынка и претендовать на долю экспорта в другие страны Центральной Азии. Но оставлю комментировать эти проекты их организаторам».

Буквально недавно я связалась с Сергеем Хегаем, генеральным директором ТОО «Mega SMART» и попросила его рассказать о новом проекте. Этот проект пока действительно еще не запущен и в связи с текущими геополитическими событиями пока временно приостановлен.

«Я думаю, что это утопия — производить ДСП без сырья (или на тростнике?) в условиях существенного, в перспективе нескольких лет, профицита мощностей у других производителей — нерентабельно. По Казахстану мы больше опасаемся российских производителей, у которых плечо доставки в республику существенно короче, чем у нас», — считает Валерий Перхин.

Андрей Мымрин также не уверен, что на указанных территориях есть необходимый запас древесины. Хотя Сергей Хегай видит сложности в другом, а древесное сырье какой-то серьезной проблемой не считает.

«ИКЕА» ушла с российского рынка, выставив на продажу 4 завода, в том числе и плитный завод. С его покупкой завод заработает, продукция выйдет на рынок. Насколько это увеличит общий объем поступающей на рынок плиты и усилит конкуренцию? Или объемы завода распределятся на мебель, которую потребитель будет покупать вместо мебели «ИКЕА»?

Комментирует Валерий Перхин:

«Насколько я знаю, плитный завод «ИКЕА» в Великом Новгороде выпустил в 2019 г. почти 523 000 м3. В нынешних условиях это довольно существенный объем (больше 7% российского потребления ДСП), и его никто не ждет. Поэтому его появление в ближайшей перспективе может существенно обострить конкуренцию на рынке ДСП, особенно учитывая тот факт, что «ИКЕА» как поставщик именно на плитном рынке не играла существенную роль, т. к. большую часть выпущенной продукции перерабатывала самостоятельно, либо поставляла на свои предприятия в Европе. Мебель «ИКЕА» ушла вместе с «ИКЕА», теперь ее нишу будут занимать другие производители, которые уже покупают ДСП у действующих игроков плитного рынка. При любом раскладе все сильно будет зависеть от того, кому достанется актив в Новгороде».

«Предложение на рынке мебели сегментировано. Какая мебель заменит предложение от ИКЕА, покажет практика. Будет это прямая конкуренция или эта плита уйдет для изготовления мебели другого сегмента — неизвестно. В любом случае, все изменения на рынке отражаются на его структуре, перераспределении долей и так далее. Особенно это заметно на падающем рынке, как раз на таком, с каким мы имеем дело сейчас», — говорит Андрей Мымрин.

«По моему мнению, плитный завод вряд ли в обозримом будущем вернётся с продукцией на рынок. Российский рынок ДСП и без него остаётся профицитным. Если пофантазировать и представить одновременный запуск и плитного завода, и мебельной фабрики в Подберезье, то львиная доля такого завода по логике вещей в виде плиты должна будет перерабатываться на соседней мебельной фабрике. Собственно, это и была бизнес-модель ИКЕА», — считает Станислав Серов.

Буквально на днях профсоюз ИКЕА в официальной группе «ВКонтакте» сообщил, что завод «Икеа Индастри Тихвин» будет запущен с 1 сентября для демонстрации работающего производства потенциальным клиентам. То же на сентябрь запланировано и на «Икеа Индастри Новгород». Оборудование планируется запустить для показа потенциальным покупателям в октябре. Так что продажу заводов ИКЕА объявила уже официально. Покупателей пока нет.

Как на сегодня меняется ассортимент декоров: расширяется, сужается, происходит смена коллекций и т. д.?

«Ассортимент декоров всё же сужается, — рассказывает Станислав Серов. — Вернее, на время теряется возможность предлагать часть декоров в виде ЛДСП. Как ни крути, многих печатников оперативно не заменить, некоторые однотонные декоры быстро не подобрать. Но ведётся активная работа. Временно недоступных к заказу в ЛДСП декоров немного. Плюс к этому остаётся возможность привозить эти плиты с ближайших европейских заводов «Эггер» (а в этом случае курс как раз помогает потребителю) или заказывать их в виде бумажно-слоистых пластиков. Доступной остаётся и вся кромка».

«Мы следуем своим стандартным циклам смены коллекций. Как раз на 32 неделе (8-10 августа) мы организовали предпоказ нашей новой коллекции 2023-2027, который состоялся в Турции с участием наших клиентов — производителей мебели.

Место проведения – Турция — символично, так как «Кроношпан» имеет там активы (заводы по производству МДФ, ЛДСП, химии) которые участвуют в новых цепочках поставок. Это как раз и ответ на ваш вопрос — мы поставляем и будем поставлять всё, что необходимо нашим клиентам», — поделился Андрей Мымрин.

Прежней ассортиментной политики придерживается и ЧФМК.

«Коллекция декоров ЛДСП обновляется раз в два года, следующее обновление запланировано на 2023 год, что не мешает нам оперативно реагировать на запросы наших партнеров по запуску декоров, не входящих в каталог Nordeco Design», — отмечает Валерий Перхин.

Как вы оцениваете перспективы спроса на ближайшую осень?
Вопрос, с одной стороны, банальный, с другой — коварный, а в нынешней ситуации, возможно, и просто нелепый. Но все-таки каждый планирует свою работу и оценивает ближайшие перспективы. Было очень интересно, что ответят эксперты.

Валерий Перхин:

«К сожалению, прогнозирование развития ситуации сегодня больше похоже на гадание на кофейной гуще — слишком от много действующих и потенциально возможных факторов на нее влияют. Конечно, мы надеемся, что будет хоть какое-то сезонное оживление спроса на мебель, но одновременно настраиваемся на жесткую конкурентную борьбу и ожидаем, что далеко не все производители ДСП останутся на рынке в 2023 году».

Андрей Мымрин:

«Могу попытаться изобразить аналитика с Wall street и попытаться продать вам свои «предсказания», но не буду этого делать. Слишком много неизвестных в уравнении. И «черные лебеди», как мы видим, начали летать уже стаями – пандемия перешла в санкции».

Станислав Серов:

«Я жду начала обычного мебельного сезона. За 2020 и 2021 годы мы просто забыли, что на рынке есть сезонность. Но сезон я жду не яркий, похожий, скорее, на 2019».

Еще ни одного самого кризисного года не было без осеннего сезона, и в этом году мы его ждем с нетерпением.


Светлана Ширяева